Политическая Россия. Войска беспилотных систем: первый шаг к войне роботами. 27.04.2026

Создатель ударного FPV-дрона «Овод» Андрей Иванов рассказал, как за считанные годы беспилотные аппараты трансформировались из хобби в решающий фактор на поле боя. По его словам, сейчас до 80% всего огневого воздействия обеспечивают именно БПЛА, хотя ещё в 2022‑м к ним относились с иронией.

Поразительно, но значительная часть технологий пришла не из военных лабораторий, а из гражданской среды — дронов для спорта, коммерческих решений и просто увлечений. Дешёвые массовые модели оказались эффективнее дорогих и редких систем, что моментально изменило расстановку сил. Стороны по уровню применения беспилотников практически сравнялись, и теперь ключевой фактор — не сама техника, а подготовка операторов.

Экономика войны переворачивается: недорогой дрон может уничтожить боевую машину стоимостью в миллионы. Сравнение российских разработок с западными аналогами вроде Switchblade показывает, что более дешёвые решения за счёт массовости и гибкости оказываются не менее, а иногда и более эффективными. Побеждает не тот, у кого дороже, а тот, кто быстрее адаптируется.

Отдельный фронт — борьба со связью и навигацией. Сигналы глушат, GPS подавляют, города остаются без спутниковой навигации — всё ради защиты от дронов. Но современные беспилотники уже научились летать по инерциальным системам, ориентироваться по камерам и местности, использовать вышки сотовой связи. Просто «отключить связь» уже недостаточно — технологии ушли намного дальше.

Будущее — за полной автономностью. Дроны получают инерциальную навигацию, машинное зрение, элементы искусственного интеллекта. Они способны преодолевать сотни и тысячи километров, находить цели даже при полном подавлении сигналов. Отдельный тренд — создание собственных спутниковых группировок, чтобы обеспечить независимое управление.

Появляются системы вроде «Орбита», где оператор находится за тысячи километров от точки запуска. Это снижает риск для людей, позволяет управлять сразу несколькими зонами, а точки запуска, управления и ретрансляции разнесены — их сложнее уничтожить. Война превращается в распределённую сеть.

Особая угроза — использование беспилотников вне линии фронта. Малые манёвренные дроны действуют на десятки километров, крупные — до нескольких тысяч. Даже без GPS они способны достигать целей, что делает их серьёзной опасностью для городов и инфраструктуры.

Нейросети уже применяют для наведения и распознавания целей: они работают с изображениями, находят даже замаскированные объекты. Но до полноценного «разумного» ИИ пока далеко — он не обладает сознанием, не понимает, что делает, может ошибаться. Тем не менее, роль таких систем будет только расти, особенно в автоматизации ударов.

Главный тормоз развития — отсутствие собственной элементной базы. Материаловедение и производство электроники отстают, закупать комплектующие часто дешевле в Китае, чем выпускать внутри страны. Создаётся стратегическая уязвимость: технологии есть, а «железа» не хватает. Даже простые детали иногда выгоднее купить через посредников, чем напрямую у производителя — сказываются налоги, логистика и структура экономики.

Война требует огромных затрат, но одновременно ускоряет технологическое развитие. Всё чаще говорят о создании отдельного рода войск — беспилотных систем — с централизованным управлением, системной аналитикой и профессиональными операторами. Это могло бы серьёзно снизить потери и повысить эффективность.

Главная проблема — упущенное время. В электронике, радио и машиностроении накопилось отставание, догонять всегда сложнее. Но сильная сторона — программирование и высокоуровневые технологии. Задача сейчас — соединить софт и «железо».